paisiypchelnik (paisiypchelnik) wrote,
paisiypchelnik
paisiypchelnik

Category:

Демоны и демоны. Часть последняя

ГЛАВА 35, ДЕШИФРАТОР
Булкин сидел в своей комнате и спешно писал два алфавита. Какое будет ключевое слово во втором, он уже не сомневался. «GRAIL», однако, ничего не дал. Слова получались почти осмысленными, но всё же Булкин понимал, что сделал что-то не так. «А что если попробовать латинский вариант? Есть!» Через несколько минут непрерывного письма перед ним красовалось:
ABCDEFGHIJKLMNOPQRSTUVWXYZ
GREALBCDFHIJKMNOPQSTUVWXYZ
«Видимо, преступник оставил подсказку в самом начале пути. Будучи уверенным, что
никто её не решит. Да он издевался надо мной!» - возмущался детектив. Он переписал ещё раз шифр из блокнота:
NDKODEFUNSPIDRUDBKUN
Дешифровка заняла ещё полчаса. В итоге перед Прапорщиком красовалась написанная его рукой фраза: «MAIN ALBUMS OF AQUARIUM».
- Главные альбомы «Аквариума»? Наверное, имеются ввиду номерные альбомы. Возможно, номерные альбомы золотого состава. Странно… Но какое это отношение имеет к Граалю? Булкин открыл книгу «Аквариум 1972 – 1992» и стал читать названия альбомов:
- «Синий альбом», «Треугольник», «Электричество»… Хм, забавно. Стаканова убили музыкальным треугольником, а Фросю – электричеством. Интересное совпаде… - тут словно искра мелькнула перед глазами Прапорщика. – Да никакое это не совпадение!!!
В этот миг все убийства встали на свои места. Булкин даже для наглядности записал в блокнот всех жертв и причину их смерти
Юсупов-Воронцов «Синий альбом» Убит синильной кислотой, накрыт синей тряпкой
Кусочки мела – видимо, была стёрта буква «Å»
Стаканов «Треугольник» Убит палочкой для треугольника (инструмента)
Склифосовская «Электричество» Убита электрическими проводами
Иуда Предатель «Акустика» Убит струнами акустической гитары
Лихамыч «Табу» Убит буквами «Табу» от названия «Табула раса»
Абу Аль-Насри «Радио Африка» Убит пультом на радио «Западный Магриб».
Западный Магриб – это как раз Африка
Каляев «Ихтиология» Убит ядом рыбы, дротиком из кости рыбы
Никсон «День серебра» Убит залитым в рот серебром
Гандилеренко «Дети декабря» Заморожен насмерть азонитом
Булкин продолжал писать, и начал замечать определённую закономерность. Закончив составлять список, он всё понял:
- Боже мой, все жертвы были убиты в разные дни! Я недаром несколько раз замечал, что преступления совершаются за полночь! Аристарх убит 13 сентября, Стаканов – 14го… Фросю ткнули проводами уже 15го… Да, всё сходится! А сегодня убили Гандилеренко! – Детектив посмотрел на часы. Время близилось к полуночи. – Чёрт, они готовы совершить ещё одно! Но кого? Неужели…
Он посмотрел на список «естественных» альбомов группы «Аквариум». Девятым шли «Дети декабря». Булкин перелистнул страницу. В первой строке красовалось.

10. «Десять стрел», 1986 год

ГЛАВА 36, ПЕРЕЛОМ
Булкин мчался на только что угнанном автомобиле по ночной Москве. Нарушение закона его уже не беспокоило. В голове его вертелась лишь одна мысль «Только бы успеть!» Название альбома не оставляло иных вариантов. Стрелы. Корнелий поехал в единственный в Москве тир со стрелами. Именно там и должен был прикончить его этот маньяк. Периодически детектив посматривал на часы. Стрелка неумолимо двигалась к полуночи. Впрочем, время ещё было. Когда детектив подъехал к закрытому тиру, на его часах было 22:40. Попасть внутрь Прапорщик смог без труда – просто разбив стекло. Сигнализацией здесь видимо и не пахло.
Помещение тира было небольшое и скромно обставлено. В углу даже зачем-то лежал каменный уголь вперемешку с хрустальными шариками. Откуда-то издали раздался хрип. Булкин повернулся на звук и побледнел. Часы, висевшие прямо над стрельбищем показывали 01:20. Он перевёл взгляд на свои наручные часики. На них было ровно столько же, сколько несколько минут назад. «Видимо, в какой-то момент они остановились», - успел подумать детектив. Вдруг снова раздался хрип. Булкин поднял взгляд на источник шума и увидел Крюйса. Он стоял в углу стрелковой зоны и хрипел. Прапорщик перемахнул через стенд и подбежал к нему. Увы, ничего сделать уже было невозможно. Из груди его старого приятеля торчало десять острых стрел. Детектив упал перед ним на колени и впервые за много лет заплакал. Всё было потеряно. Все его друзья мертвы. Его посадят в тюрьму. Но самое ужасное – он так никогда и не найдёт Священный Грааль.
Кое-как совладав с эмоциями, Прапорщик попытался мыслить рационально. Но после этих чудовищных дней, кучи убийств и полного провала, сделать это было не так-то просто. Первым делом детектив выбрался из тира и оставил там стоять угнанную машину. Пусть милиция делает, что хочет. Он молча пошёл по дороге в направлении своего дома. Взгляд его упал на витрину магазина. В стекле отражался старик. Волосы Булкина были белые как снег, лицо осунулось, широкий лоб избороздили морщины. Даже медали потускнели и потеряли боевой вид. Он снял совершенно неуместный красный галстук и бросил его на землю. «Я старик, - думал детектив. – Я давно стал стариком. Просто не умел это признать. Сыск – дело молодых. Лекарство против морщин… Да и кого теперь преступнику убивать? Этого идиота Вадима Памошника? Этот растяпа так ни до чего и не докопается… Да и как ему убивать? Альбомы «Аквариума» же закончились…» Вдруг он остановился.
- Как закончились?! – заговорил он сам с собой вслух. – Есть ещё один. Как же он называется? «Равенство»? «Равноправие»? Эх, не помню… Надо посмотреть дома.
Под утро он дошёл до своего жилья. Войдя в квартиру, он понял, что день у него вконец неудачный. Видимо, в спешке он забыл закрыть дверь. Воришки вынесли всё. Даже справочник «Садоводство: советы сталевара» пропал. Но не это волновало Булкина. Самое обидное, что преступники украли книгу «Аквариум 1972 – 1992». Детектив сел на пол (кровать тоже зачем-то вытащили) и обхватил голову руками. Он никак не мог вспомнить название последнего альбома «Аквариума». Может быть, «Противодействие»? «Равноудаление»? В этот момент заиграло чудом не украденное радио.
- В Москве шесть часов утра, - произнёс динамик. – Сегодня 22 сентября, а значит мы отмечаем день осеннего равноденствия.
- Да, но строго говоря, в этом году равноденствие наступает завтра, двадцать третьего, подключился второй диджей. Это заставило Булкина подскочить.
- Вот оно! «Равноденствие»! Так называется последний альбом «Аквариума»! Что ж, преступник всё умело подстроил! Последнее убийство он совершит в день равноденствия. Последнее убийство…
Булкин потянул носом. В воздухе чем-то пахло. Вернее, Прапорщику казалось, что пахнет. Он хорошо знал это ощущение. Знакомые часто в моменты большой опасности удивлялись, почему детектив начинал принюхиваться, ведь на самом деле в воздухе не пахло ничем. Это был иллюзорный запах из подсознания. Булкин называл его «запах смерти».

ГЛАВА 37, СНОВА В МУЗЕЕ
Детектив гулял по центру столицы. Запах смерти преследовал его повсюду. Ею пахло на Красной площади, в ГУМе, в Александровском саду, на Арбате. Булкин знал, что Смерть пришла по его душу. Ему некуда было торопиться. Он просто ждал. Ждал 23 сентября. Дня осеннего равноденствия в этом году. Где его должна была найти смерть, он даже не сомневался. «Всё началось в музее Маяковского, всё там и закончится». Полночь приближалась всё стремительней. Детектив уверенным шагом подошёл к музею. Тот уже был закрыт. «Но для меня можно», - уверенно подумал Прапорщик. Он не ошибся. Дверь легко отворилась, и он вошёл в первое небольшое здание. Посмотрел на маленькую книжную лавку и очередной раз подумал: «Зачем здесь она, если рядом Библио-Глобус? Ещё и кафель эксклюзивный тут положили…» Это было правдой. Кафельная плитка на полу была одинаковой, кроме одного квадратика с рисунком античного воина, прямо перед входом в лавку. Видимо, хозяин лавки пытался показать значимость и важность своего магазина.
Все двери, которые по идее должны были быть закрыты, легко открылись для Прапорщика. Через несколько минут он уже стоял в том самом зале, где убили его старого приятеля Аристарха Викентьевича Юсупова-Воронцова. На часах как раз была полночь.
- Я здесь! – крикнул детектив. – Выходи, убей меня, раз ты так хочешь!
В этот момент от стены отделилась тень. Человек вышел на свет. Булкин посмотрел в его лицо и… был разочарован. Он думал, что увидит какого-то знакомого. Или кого-нибудь известного. Увы, лицо человека ни о чём не говорило детективу.
- Что ж, Прапорщик Адольфович Булкин, ты сам выбрал свою судьбу, - медленно заговорил человек. - Впрочем, ты вызвал у меня уважение. Дошёл до последнего этапа. Однако дошёл, как я вижу, один. Что, решил команду оставить в разных местах? Тир, криогенная лаборатория…
- Кто ты?! – злобно посмотрел ему в глаза Булкин.
- Ах, пардон, забыл представиться, - раскланялся человек. – Александр Александрович Козьмин.
- Сын бывшего директора музея, фанат «Аквариума»? – Прапорщик вспомнил, как ему это рассказывал Алексей Стаканов.
- Собственной персоной. И знаешь, Прапорщик, я очень сожалею, что я сын бывшего директора музея. Этот чёртов музей убил моего отца! И всё из-за дерьмовой чашки! – с этими словами он достал из сумки, висевшей на боку, пистолет и небольшой золочёный кубок. Булкин ахнул – Грааль!
- Да, знаешь ли, я решил отомстить музею, убившему моего отца! И отомстить Граалю! Но больше всего я хотел отомстить тебе, Прапорщик!
- Мне? Но мне-то за что? – Булкин недоумевал.
- Видишь ли, музей оставил меня без отца. А ты – без второго отца. После смерти папы меня взял под крыло мой дядя. Министр обороны Алексей Кривчиков. Тебе о чём-то говорит это имя?
Бесспорно, Булкину это имя говорило о многом. Именно его он поймал при попытке продать карты ракетных баз Восточному Тимору.
- Да, - продолжал Александр Козьмин. – Я хотел, чтобы на твоих глазах умирали люди, но ты ничего не смог бы сделать! И я добился этого! И заметь, каждое убийство я синхронизировал с любимыми альбомами! Борис Гребенщиков мной бы гордился!
- Ты убивал невинных людей! Думаю, тобой мог бы гордиться только Чикатило! – Булкин был взбешён. Он шёл на смерть покорным судьбе, даже пистолета с собой не взял. Но сейчас больше всего ему хотелось пристрелить наглого врага. Тот смотрел на него, издевательски прищурившись.
- По идее, я могу тебя просто прикончить, в любом случае, сегодня равноденствие. Но я хочу облегчить твою смерть. Ты можешь умереть от огнестрельного ранения. Но я тебе предлагаю сделать это тихо и безболезненно. – С этими словами он достал какие-то таблетки. – Это лошадиная доза снотворного. Ты умрёшь от передозировки. Тихо и мирно. И выпьешь ты его отсюда, - с этими словами он указал на Грааль.

ГЛАВА 38, ПОСЛЕДНЯЯ БИТВА
Александр держал пистолет и наливал воду в золочёную чашу.
- Да, что-то не превращается она в вино. Видать, Грааль не такой уж и священный. После того, как ты выпьешь это, я уничтожу Грааль. Просто расплавлю его на том заводике. Помнишь Никсона? – он подмигнул детективу и истерически рассмеялся. Прапорщик судорожно думал, как ему можно спастись. Он мог бы попытаться выбить пистолет, но здоровый нож, висевший на поясе у Козьмина, а также трубка, из которой тот плюнул дротиком в Каляева, останавливали его. Нужен был более надёжный способ. Взгляд детектива упал на медаль «Лучшему стрелку-2005». Но он вряд ли мог бы сейчас оторвать её и точно метнуть в убийцу – реакция и меткость уже были не те. Если только…
- Так ты будешь пить? – Козьмин настойчиво протягивал ему Грааль со снотворным. Детектив осторожно взял в руки святыню… И неожиданно с криком «Лови!» кинул его обратно Александру. Инерция сработала безотказно. Пистолета убийца правда не выпустил, но всё же попытался схватить чашу, летевшую в него. Секундного замешательства хватило, чтобы Булкин оторвал от пиджака медаль с острыми краями и метнул в убийцу. Увы, то ли освещение было слабым, то ли руки детектива дрожали, но всё, что он смог сделать, это оцарапать ухо преступнику.
- Ах ты подонок! – воскликнул убийца и попытался выстрелить в Прапорщика. Однако тот, быстро осознав, что его план спасения провалился, рванул куда-то вверх по лестнице.
- Стоять! – кричал ему вслед Козьмин. Но детектив уже исчез за поворотом. Убийца перезарядил пистолет и тихо пошёл вверх по ступеням. Он знал, что выход из того зала перекрыт, так что его врагу придётся остаться в нём.
- Раз-два-три-четыре-пять, я иду искать! Кто не спрятался, я не виноват! – пропел убийца, входя в «парижский зал». Он двигался вдоль стендов, держа оружие наготове.
Булкин прятался в углу, в котором были выставлены дорожные принадлежности Маяковского. Оружия там естественно не было. Единственный предмет, который хоть как-то напоминал средство самообороны, оказался маникюрными ножницами. Впрочем, метнуть их не представлялось возможным.
«Думай, Прапорщик, думай», - судорожно вертелось в голове детектива. Шаги Козьмина были всё ближе. Взгляд Булкина упал на тусклую лампочку, слабо освещавшую зал. Мысль была настолько шальной, что могла сработать. Он осторожно взял из кейса на стенде помазок и что есть силы метнул в единственный осветительный прибор. На этот раз он не промахнулся. Лампочка разлетелась вдребезги, и зал мгновенно погрузился в темноту. Козьмин выругался и начал палить во все стороны. Несколько пуль пришлись вверх, в корпус стенда, прикреплённого к потолку. Стенд был выполнен в форме самолёта-«этажерки». Самолёт угрожающе качнулся. Это и натолкнуло Булкина на дальнейшие действия. Он выскочил из укрытия, в один прыжок долетел до убийцы, схватился за самолёт обеими руками, подтянулся и что есть силы пнул Козьмина в грудь. Убийца отлетел в сторону, но тут же вскочил на ноги.
- Конец тебе, Прапорщик! – прорычал он и вытащил нож. Бешеный взгляд невольно напомнил Булкину образ Лисы из наркоманского рассказа Иуды Предателя. Детектив начал отступать, пока не упёрся в стену. Бежать было некуда. Козьмин, поигрывая ножом, приближался к нему.
Вдруг откуда-то сверху послышался страшный треск. Булкин невольно взглянул на источник шума. Оказалось, стенд-самолёт, за который цеплялся Прапорщик, всё же оторвался от потолка. Сын директора на секунду обернулся и увидел, как на них падает металлическая «этажерка». Булкин зажмурился…

ГЛАВА 39, РУЖЬЁ НА СТЕНЕ
Раздался дикий вопль. Детектив открыл глаза. Стенд лежал в нескольких сантиметрах от него. Под стендом корчился в агонии Александр Козьмин. Одна из балок пронзила его насквозь и пригвоздила к полу.
- Отец… - прохрипел убийца, смотря куда-то вдаль. – Прости… Я не отомстил за тебя…
С этими словами он испустил последний вздох. Прапорщик несколько минут молча стоял, глядя на мёртвого Козьмина. Перед его глазами промелькнули лица убитых друзей. Странно, но он не испытывал ненависти или презрения к этому человеку. Ведь тот тоже был человеком. Он тоже жил идеей. Пусть эта идея и заключалась в убийстве. По иронии судьбы, музей сначала убил его биологического отца, а потом и его самого. Детектив вздохнул, закрыл остекленевшие глаза Александра и пошёл вниз.
Грааль лежал в том месте, где Булкин кинул его в Козьмина. Детектив осторожно поднял небольшую чашу. Он ещё не знал, что с ней делать. Он просто смотрел на Грааль.
Тот, казалось, тоже смотрел на него. Тем не менее, христианского благоговения Булкин не испытывал. Каким-то скромным казался ему Грааль. Он совершенно не был впечатлён небольшой чашей. Казалось, она больше напоминает обычный золочёный стаканчик для кулера от «Перих Штраузе». Он повертел его в руке и увидел на дне фигурную выемку. На первый взгляд она показалась просто неровным овальным углублением. Присмотревшись, Булкин понял, что это не так. Выемка была выполнена в форме какого-то человечка. Человечек показался детективу знакомым. Он попытался вспомнить, где он видел такого же. Ответ пришёл быстро. На кафельной плитке возле книжной лавки!
Он сломя голову бросился туда. Грааль оказался не Граалем! Это был ключ! И человечек этот оказался центурионом!
Булкину вновь вспомнился стишок, который они, как оказалось, неверно истолковали.

Грааль вас в третьем Риме ждёт,
Центурион укажет вход.
Под домом главного врага
Приют был найден на века.

Врагом оказался не атеист Маяковский, а наука! Ведь в лавке продавалась научная литература! У католиков наука всегда была главным врагом религии! Конечно, православным этого не понять – у них не было ни охоты на ведьм, ни инквизиции… Но факт остаётся фактом! Значит, «грааль» - ключ к Граалю!
Осторожно опустившись на колени, детектив соединил рисунок на плитке (которая, как оказалось, была не из кафеля, а из камня) с выемкой на чаше. В это мгновение дверь магазинчика бесшумно открылась. В глубине послышался скрежет механизма, и… ничего не произошло. Булкин осторожно вошёл в лавку. Ничего. Он сделал пару шагов… и чуть не упал вниз. Под ковром, по которому он шёл, оказалась дыра. Детектив откинул половицу, и увидел открывшийся проход с крутой винтовой лестницей. Все сомнения были преодолены. Детектив смело начал спускаться вниз.

ГЛАВА 40, ГРААЛЬ
Детектив медленно шёл по лестнице в недра земли. Сердце его бешено колотилось. Каменная панель вернулась на своё место, как только он спустился на несколько шагов. Вход обратно был отрезан. Но он не думал об этом. Он не думал, что случится дальше. Он не вспоминал погибших товарищей. В голове детектива стучало одно слово: «Грааль! Грааль! Грааль!».
Булкин шёл по лестнице уже добрых минут двадцать. Казалось, он идёт прямо к центру земли. Наконец спуск окончился. Детектив оказался в зале, освещённом по углам несколькими лампадками. Судя по налёту пыли, в этот зал никто не заходил многие века. Как при этом лампады горели так долго, оставалось тайной. Вдоль стен стояли доспехи рыцарей. Возможно, это были доспехи Тамплиеров, много лет хранивших тайну Грааля. Несколько удивляло то, что некоторые латы уже сильно проржавели и почти рассыпались, другие стояли просто покрытые пылью, а некоторые казались совсем свежими. Но не это сейчас поражало Булкина. В центре небольшого зала находился постамент, возле которого в вазе стояла красная и совсем свежая роза. А на самом постаменте – большая чаша. Даже в полутьме нельзя было не восхититься её красотой. Она, казалось, сама излучала свет. Драгоценные камни на чаше блистали разноцветными огоньками.
У Булкина перехватило дыхание. Перед ним находился Священный Грааль.
Не слыша и не видя ничего вокруг, детектив медленно подошёл к постаменту и упал на колени. Он протянул руку и коснулся чаши. Казалось, он несётся сквозь тысячелетия. Булкин закрыл глаза. «Наверное, это и есть религиозный экстаз», - думал он. Прапорщик был настолько поражён находкой, что не заметил, как один из доспехов, стоявших вдоль стены, пошевелился…

ЭПИЛОГ
Вадим Памошник, расследовавший дело о пропаже ценного музейного экспоната и убийстве директора, был доволен. Экспонат был обнаружен стоявшим возле книжной лавки, будто кто нарочно его туда поставил. В музее был найден человек с пистолетом, придавленный стендом – «самолётом». В протоколе следователь написал «преступник вернул украденное и, чувствуя вину, совершил самоубийство». Нашлись и те, кто опознал убитого.
Одно только оставалось непонятным Памошнику. Прапорщик Булкин, с которым они начали расследовать это дело, куда-то бесследно пропал. Это не могло не расстраивать следователя, ведь он очень хотел похвастаться ему результатами своей работы и раскрытым делом. Впрочем, солидная премия и повышение компенсировали эту маленькую неприятность.
Хиппи, выйдя из наркологической клиники, никак не мог вспомнить, из-за чего он туда попал и чем занимался предыдущие две недели. Пропажа Булкина его никак не обеспокоила. Джонленнон был уверен, что встреча со старым другом ему почудилась. Он решил твёрдо завязать с наркотиками. Надо сказать, ему это удалось. Он организовал собственную группу. Название придумалось само. Хиппи очень понравилось слово, которое он, по рассказам медсестёр, выкрикивал, когда его привезли в больницу.
Группа «Грааль» стала очень популярной и сразу записала платиновый альбом.
Столица продолжала жить в своём ритме. Серьёзных происшествий в ней не случилось. Новым директором музея Маяковского стала популярная художница Ольга Слоновова. Похищенный кубок был выставлен на отдельном стенде с надписью «Грандиозная чаша, из которой Маяковский пил с Пушкиным», стенд-«самолёт» был отреставрирован. Город зажил своей обычной жизнью.
Если бы какой-нибудь сторонний наблюдатель смог попасть в зал с Граалем, то его наверняка бы удивил один из доспехов, стоявших вдоль стены. Мало того, что он был значительно выше и новее других, так ещё на нём поблёскивала непонятно как попавшая туда медаль «Лучшему стрелку-2005».

ПОСЛЕСЛОВИЕ
Что тут можно сказать? На самом деле, детектив этот оказался большим, чем просто шуточное произведение. Честно говоря, сам не ожидал, что получится такая психоделия. Бесспорно, лишних деталей в детективе почти нет. Впрочем, чтобы понять некоторые «фишки», например, сны и видения Булкина, нужно быть поклонником группы «Аквариум» и хорошо знать её дискографию. Другие аллюзии невозможно до конца осознать, не посмотрев «Китайскую ничью» и «Следствие ведёт Булкин». Наконец, названия произведений в виде шарад может оценить человек, любящий «Что? Где? Когда?» и сопутствующие игры.
Раскладывать по полочками всё это у меня нет интереса и желания. Надеюсь, вам полюбилось произведение, и всевозможные скрытые детали будут открываться после второго, третьего и т.д. прочтения.
Будет ли продолжение похождений Прапорщика Булкина? Если честно, не знаю. Время, как обычно, покажет.

2 апреля – 5 июля 2010
Tags: Двойной Фёдр, Детектив
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments