paisiypchelnik (paisiypchelnik) wrote,
paisiypchelnik
paisiypchelnik

Categories:

Демоны и демоны Часть 5

ГЛАВА 28, ДРОТИК
«На этот раз я его не упущу!» - думал детектив, вскакивая и хватаясь за оружие. Однако пистолета на месте не оказалось. «Он же у Крюйса», - пронеслось у него в голове. Всё это произошло в какие-то доли секунды, но этого времени хватило убийце, чтобы резко вскочить и повернуть за угол. Детектив и Корнелий немедленно поднялись и бросились в погоню. Хиппи остался с умирающим.
По Маросейке шло немало людей с зонтиками, мимо которых умело лавировал преступник. Впрочем, в самом начале погони Булкин налетел на столб. Искры, посыпавшиеся из глаз, помешали ему продолжить преследование подозреваемого. Крюйс же скрылся из виду.
Прапорщик поразмыслил, что ему делать дальше и решил вернуться к Каляеву.
Хиппи молча сидел возле тела киллера и курил сигарету.
- Нет, он просто отдыхает, - отвечал он гражданам, изредка подходившим к нему.
Как только Булкин приблизился к Джонленонну, тот печально посмотрел на него:
- Яд рыбы фугу. Мгновенная смерть. Он даже пикнуть не успел.
- Можно что-то сделать? – с надеждой произнёс детектив.
- Нет, - вздохнул хиппи.
В это время показался запыхавшийся Корнелий Крюйс. По его виду результат погони был очевиден.
- Ушёл, - подтвердил он опасения Булкина. – Я ничего не мог поделать. Он слишком быстр.
- Ну, что ж… - вздохнул детектив, осторожно рассматривая дротик, проткнувший шею киллера.
- Необычная штука, правда? – обратился он наконец к помощникам. – Зачем-то сделан из рыбьей кости. И толстенная кость. Я такой никогда не видел.
- Это неспроста. В этом есть какая-то загадка, - заговорщицки прошептал мичман.
- Да не, ничего в этом нет, - не согласился детектив.
- Может, Каляев был гоморыбом? – предположил хиппи. Друзья не обратили на него внимания. У них разгоралась дискуссия по поводу материала для дротика. Мичман отстаивал точку зрения, что рыбья кость была выбрана не случайно. Прапорщик же не видел в этом тайного смысла. Джонленнон продолжал вертеть дротик в руках. Вдруг он повернул верхнюю часть в одну сторону, а нижнюю – в другую. В руках у него остались две половинки. Из одной торчал маленький свёрток. Детектив и мичман тут же прекратили спор и уставились на клочок бумаги. Немая сцена была похлеще, чем в «Ревизоре». Наконец, Джонленнон, первым отошедший от потрясения, предложил:
- Давайте его скурим, - и тут же начал пытаться поджечь бумажку. Булкин немедленно выхватил её из рук хиппи и осторожно развернул. Листок был слишком мал, и лишь с помощью лупы детектив смог прочитать надпись. Она гласила:

«Ну что ж, господа сыщики. Вам, видать, очень везёт. Сколько убийств было совершено? Кажись, уже семь. Впрочем, это лишь 64% от предполагаемого количества. Однако я решил несколько облегчить вам задачку. Кто ж виноват, что вы такие тупые? Итак, вас ждёт три места, в которых вы можете получить подсказки.
В первом месте нашёл последний приют губернатор западного штата.
Во втором месте живёт Ай Си Винер.
В третьем месте можно почувствовать себя новым дон Кихотом или заставить работать кузнецов. Но никаких гильз!

- Чё за хрень? – произнёс Булкин, дочитав сообщение. Подумать над ним он не успел – неожиданно зазвонил телефон. Номер был незнакомый. Прапорщик поднял трубку.
- Прапорщик Адольфович? – донеслось оттуда. – С вами говорит представитель «Спасателей-2».
- Какие ещё два спасателя? – не понял Булкин. – Чип и Дейл, что ли?
- Сейчас не до шуток. Нам срочно надо встретиться. Это Никсон, спасатель Грааля.

ГЛАВА 29, ИХ БИН НИКСОН
Никсон встретил их в своей небольшой квартире. Свет, газ, вода были давно отключены. На полу лежал слой пыли. В общем, всё указывало на то, что это помещение давно никто не посещал. «Разумеется, Никсон же в Германии живёт», - подумал детектив. Разговор со спасателем, который упрямо не называл ни имя, ни отчество, это подтвердил.
- Я работаю в компании «Selgros», в Германии, - начал Никсон. У неё есть филиалы и в Москве, может быть, вы слышали. Нет? Ну и ладно. Я, страдая приступами ностальгии, нередко слушаю российские радиостанции. И вот попал я на днях на «Западный Магриб». Услышав про пропажу Грааля, я сразу же помчался в Москву. Прямо посреди рабочего дня. Прибыв, я долго не знал, что делать. В музее Маяковского я столкнулся со следователем. У него ещё фамилия смешная. То ли «Нопарнег», то ли «Осестент»… Ну да неважно, в общем. Когда он узнал, что я был другом убитых Стаканова и Юсупова-Воронцова, то долго не отпускал. В общем, допрашивал он меня, допрашивал, а потом всё же отвязался. Я у него выведал номер частного детектива, расследующего это преступление. Вот так мы и встретились. Теперь расскажите мне, что всё же произошло.
- А почему мы должны Вам верить? – сердито спросил Булкин. – Вы тоже знали про Грааль. Вы тоже могли захотеть его получить. А с учётом того, что первая жертва, Юсупов-Воронцов, по всей видимости знал убийцу, Вы, херр Никсон, главный подозреваемый.
- Я? Да я прилетел пару дней назад только! У меня есть билеты и куча свидетелей – весь офис, готовый подтвердить, что видел меня два дня назад на рабочем месте в Германии.
- Плавали – знаем, - заговорил Пиво. - Есть куча способов заставить людей видеть то, что они хотят! Может, ты запись голоса включил! Или брата-близнеца подослал! Или вообще на работе был картонный манекен! Или…
- На вахте в тот день есть запись о моём прибытии, - перебил Никсон несущего литературный бред хиппи. – И запись эта не только в учётном журнале, но и на видеокамере.
- Хорошо, а откуда нам знать, что ты действуешь в одиночку? – уже с меньшей уверенностью произнёс Булкин. Уж больно интеллигентно выглядел Никсон. Да и ответ того развеял подозрения.
- Окей, я нанял помощника убийцу, который бы сделал за меня всю грязную работу. И мне пришлось рассказать ему, из-за чего весь этот сыр-бор. Чаша Грааля, ага. И он конечно же сделает всё, что я скажу, а потом спокойно передаст чашу мне в руки и забудет об этом. Булкин, учти, я – спасатель-два. И это тебе не в тапки гадить!
- Хорошо, ты меня убедил, - ответил Прапорщик. - Но тем не менее, я внимательно слежу за тобой. Малейшее подозрение – и ты ощутишь на себе мой гнев.
- Так всё же, что произошло в Москве в эти дни?
Булкин не спеша пересказал бизнесмену свои похождения. Несколько фактов он всё же решил не раскрывать – он всё ещё не доверял «новому немцу».
- И потом мы нашли вот эту записку, - закончил детектив, передавая Никсону документ, выуженный из рыбьей кости. Тот внимательно прочитал послание и задумался.
- Ну что ж, загадки мы решим. Но скажите, кого вы подозреваете? Кроме меня, разумеется.
- Мне кажется, это Гандилеренко, - уверенно произнёс Корнелий. Во-первых, он уже растрепал Каляеву. Во-вторых, он криминальный элемент. В-третьих, он всё знает о Граале и может использовать для своей выгоды.
- Я думаю, - заявил Булкин, - что к этому причастна секретная организация. Какая – не знаю. Но одно ясно – они религиозные фанатики.
- А мне кажется, - протянул Джонленнон, - что во всём виноваты люди-крабы. Они живут под землёй и хотят земного господства, - в этот момент заиграла зловещая музыка и низкий голос пропел: «Craab people… Craab people». Хиппи вздрогнул.
- Ой, смс-ка, - произнёс он. – «Ваш баланс близок к отключению услуг»… Что интересно это значит? Может, в этом какая-то загадка? Надо попробовать переставить слова местами… Услуг… к… отключению… А может, это акростих? В-б-б-к-о-у…. А почему у меня такие тяжёлые и большие руки? – хиппи резко замолчал и стал разглядывать свои ладони.
- Мне кажется, - сказал Никсон, - секретная организация тут не при чём. Не те сейчас времена. Щас сект-то могущественных не осталось. Одни свидетели… чего-то там. Ну, в общем, не они это. Да и Гандилеренко вряд ли мог это сделать. Он тоже «спасатель два».
Булкин слушал эти рассуждения и думал: «Видать, Корнелий прав. Это не секта, это торговец оружием. То, что Никсон ему доверяет, понятно. Он преданный фанатик «спасателей» и не допускает мысли о предательстве внутри общества. Да, это точно Гандилеренко». Вслух он сказал лишь:
- Давайте решать загадку.
В этот момент часы в квартире Никсона пробили полночь. «Двадцатое… подумал Булкин… Пошла вторая неделя с момента первого убийства…»
- Губернатор западного штата… Кто бы это мог быть? – бормотал Никсон.
- А чё тут думать? – небрежно бросил Булкин. – Лично я только одного знаю. – Шварценеггера, губернатора Калифорнии. Только он вообще-то ещё жив.
- А что если… - Никсон даже вскочил от волнения. – А что если имеется ввиду не сам Шварценеггер, а его известнейший персонаж?
- Терминатор?
- Именно! А нашёл он последний приют…
- На плавильном заводе! – закончил Прапорщик Булкин. – Но только какой завод имеется ввиду?
- Я знаю, какой, - уверенно заявил Никсон. – Гандилеренко в своё время жил в подсобке одного из плавильных заводов. Наверняка это и есть ключ!
- То есть ты думаешь, это всё же Гандилеренко? – спросил Булкин.
- Нет, никоим образом. Миша не мог. Он ведь один из «Спасателей два». Но наверняка от этого и надо плясать.
- Решено! На завод! Сейчас же!
В этот момент хиппи, до того молча сидевший в углу, захрипел и повалился набок. Друзья бросились к нему.
У хиппи изо рта шла пена. В руке он сжимал какие-то таблетки.
- Чёрт! Он передознулся! Надо звонить в скорую! – воскликнул Никсон.
- С ума сошёл, какая скорая?! Его оттуда сразу в наркологию повезут! – закричал детектив. – Очнись! Очнись! – с этими словами Булкин шлёпал хиппи по лицу. Тот был без сознания.
- Да ну тебя в баню! Лучше быть в наркологии, чем в гробу! – крикнул Никсон и набрал номер скорой помощи.
Врачи приехали на удивление быстро. Проверили пульс Джонленнона, посмотрели на таблетки, которые тот сжевал пол-упаковки и унесли на носилках в машину. Булкин порывался поехать с ними, но Корнелий прошептал на ухо: «Дело важнее». Эта циничная, но верная фраза окончательно успокоила детектива. Прапорщик с Крюйсом сели в машину Никсона и поехали на заброшенный плавильный завод на окраине Москвы.

ГЛАВА 30, ВЫСТРЕЛ
Никсон, Булкин и Крюйс молча шли по заброшенному заводу. В здании было тихо, лишь шаги гулко отдавались эхом. Каждый был занят своими мыслями. Никсон размышлял: «Вот тебе и спокойная работа в Зельгроссе… Подрываюсь, мчусь через всю Европу… Да нет, не это меня беспокоит… Неужели Корнелий Крюйс был прав? Неужели Гандилеренко и вправду…» Сам же Корнелий Крюйс напевал про себя, отбивая ритм: «Он подходит к дверям, он идёт, ничего не ища… Его чело светло, но ключ дрожит в кармане плаща…» Что касается Булкина, то его больше заботила судьба старого приятеля Джонленнона: «Конечно, он не раз уже попадал в наркологию… Но годы-то уже не те… Каждый раз я боюсь, что он станет последним…»
- Господа, - нарушил молчание Крюйс. – Вам не кажется, что мы уже прочесали почти весь завод, но не нашли ни следа жизни? Может, мы ошиблись?
- Стоять!!! – неожиданно раздалось в воздухе.
- Михаил Гандилеренко, это Вы? – осторожно спросил Булкин.
- Зачем вам Гандилеренко? – продолжал голос. – Нет его здесь! И никогда не было!
- Миша, это я, Никсон! – подал голос гость из Германии. – Я же знаю, это ты!
- Никсон давно умер! Не надо мне врать! Открываю огонь!
Булкин успел лишь крикнуть: «Ложись!», как раздался звук выстрела, и рядом с друзьями брызнули искры – пуля отскочила от трубы. Детектив успел взглянуть туда, откуда был произведён выстрел, и увидел в темноте фигуру, прыгнувшую куда-то в тень. Корнелий Крюйс тоже сообразил, где находится стрелок, и прицелился в темноту пистолетом.
- Не стреляй! – крикнул ему Булкин. Он понимал, что подозреваемый нужен ему живым. Да и попасть в темноте по человеку, который ещё и быстро перемещается, не представлялось возможным.
- Я тебе дам «не стреляй»! – послышалось откуда-то из угла. Человек видимо принял последнюю реплику на свой счёт. – Ещё как «стреляй»! – С этими словами он произвёл ещё один выстрел. «Здравствуй, моя смерть», - пронеслось в голове у детектива.
- Мы не хотим перестрелки, - попытался начать диалог Крюйс.
- А я хочу! – сказал человек и снова выстрелил.
- Ты убил Каляева?
Выстрел с этой стороны зала.
- Мы просто поговорим!
Выстрел с той стороны.
- Это ты украл Грааль! – предпринял отчаянную попытку Булкин. Выстрела не последовало. Мичман хотел было высунуться, но детектив жестом приказал ему лежать. Убийца мог перезаряжать обойму или просто выжидать удобного момента для атаки. Тем не менее, больше никто не стрелял. Неожиданно где-то в конце цеха зажглась тусклая лампочка, и тот же голос произнёс: «Идите сюда». Держа оружие наготове, Прапорщик с Корнелием осторожно пошли к слабому источнику света. Лампочка, как оказалось, висела над входом в какую-то комнатку. Дверь была приоткрыта, а возле двери стоял человек в чёрном плаще.
- Михаил Гандилеренко, - представился он.

ГЛАВА 31, В ПОИСКАХ НИКСОНА
Булкин, хоть и не ожидал увидеть кого-то другого, был несколько ошарашен.
- Гандилеренко?
- Да, тот самый Гандилеренко. Торговец оружием и редкостная сволочь. Вы что-то сказали про Грааль. Его похитили?
- Для начала ответьте на пару вопросов, - начал было детектив, но Михаил прервал допрос в самом начале.
- Здесь вопросы задаю я. Я так понимаю, вы не арестовывать меня пришли? Нет, вижу, что нет. Так что с Граалем?
Булкин вздохнул и очередной раз пересказал свои похождения последних дней. Новость о смерти Каляева Гандилеренко принял молча, но видно было, что он опечален. Детектив без обиняков выложил торговцу, что считает его главным подозреваемым.
- Да ты что, Булкин? – удивлённо посмотрел на него Гандилеренко. – Да если б я Грааль украл, привёл бы я вас к своему логову? А если б и привёл, то уж подготовился бы, чтоб застрелить наверняка.
- Да, пожалуй, ты прав, - Булкин и сам начал понимать бредовость версии. «Неужели всё же тайное общество?» - подумал он, а вслух сказал:
- Ну и звонит мне потом Никсон…
Как только детектив заговорил о Никсоне, торговец оружием прервал его:
- Никсон? Боже, я думал, он помер уже. А где он, не знаете?
Этот вопрос поставил друзей в тупик. Оказалось, последний раз они видели Никсона, когда тот, спасаясь от пуль своего старого приятеля, нырнул в какую-то нишу в самом тёмном углу.
- Боже, неужели я его застрелил? – горестно вздохнул Гандилеренко. – Давайте попробуем его найти. Ниииксон!
- Ниииксон, всё в порядке, выходи! – подхватили Булкин и Крюйс. Дойдя до той самой ниши, Никсона они там не обнаружили.
- Ничего, - ободряюще заявил Гандилеренко. – Может, он сбежал куда. Попробуем найти.
Они шли по огромным цехам завода, а Михаил рассказывал:
- Тут на заводе и заблудиться можно. Недавно как сегодня утром какой-то бомж сюда забрёл да заплутал. Нормальный такой мужик оказался. Я ему ещё полтинник на опохмел дал. Тот всё заводом интересовался, сколько цехов, что я тут делаю. А что ему рассказать? Что не задался бизнес у оружейного торговца? Что нет жилья своего? Что тут ютиться приходится? В общем, заявил ему, что сторож. Хотя сторожить-то тут нечего. Давно уже никто не появлялся здесь. Почти всю аппаратуру вывезли или разворовали. Хотя то, что работает, работает идеально. Тут даже один плавильный котёл исправный есть. Я вчера…
Вдруг из глубины цеха раздался крик Корнелия:
- Сюда!
Детектив и продавец оружия метнулись на голос. Крюйс стоял, оперевшись на какой-то бак. Его рвало. Возле ног мичмана, спиной к подбежавшему Булкину, лежал Никсон, явно без признаков жизни.
- Я всё же пристрелил его! – ахнул Гандилеренко. Он осторожно перевернул тело своего старого друга и в ужасе отшатнулся. Никсон действительно был мёртв. Но причиной смерти стала явно не пуля.
Глаза бывшего сотрудника компании «Зельгрос» были округлены от ужаса. Но не это заставило Корнелия опорожнить желудок. По губам и лицу, оставляя чудовищные ожоги, растекалась какая-то серебристая жидкость. Приглядевшись, Булкин понял, что это за жидкость. В рот Никсона был залит расплавленный металл.


ГЛАВА 32, ДВЕ ЗАГАДКИ
Четыре часа поисков преступника по горячим следам ни к чему не привели. Всё, что удалось обнаружить, это кусок трубы со следами крови – им и оглушили Никсона, ковш с остывавшим металлом, а также лохмотья бродяги.
- Бомж был одет в это, - сказал Гандилеренко. – Теперь всё ясно. Не бомж это был, а тот самый преступник. Всё завод изучал… Эх, если б я его тогда…
- Ты же не мог знать, - резонно ответил Булкин, понимая, что это вряд ли успокоит Михаила. Всё, что оставалось делать, искать улики. Осмотрев ковш с металлом, торговец оружием заявил:
- Это определённо серебро.
- Ты не ошибся? – подозрительно посмотрел на него Прапорщик.
- Я уже Бог знает сколько живу на этом заводе, уж поверь, про металлы я знаю всё. Аргентум, порядковый номер 47, атомная масса 107,8682 г/моль, энергия ионизации первого электрона 730,5 кДж/моль, второго…
- Ладно, ладно, верю, - перебил его детектив. - Просто странно, что убийца такой дорогой материал использовал. Да и способ убийства странный… Почему именно так?
- В Средневековье фальшивомонетчикам свинец в горло лили, - медленно произнёс Корнелий Крюйс. – Хотя вряд ли это поможет делу…
- Я думаю, что способ убийства был выбран неслучайно, - заявил Гандилеренко. Убийца действует по какой-то схеме. Одно убийство изощрённей другого… Вон, для Каляева даже раздобыл яд фугу и дротик из рыбьей кости…
- Просто одержимый Граалем маньяк, убивающий всех, кто приблизится к Чаше, - ответил Прапорщик.
- Да неважно это сейчас! Мы должны разгадать последние две загадки! – воскликнул мичман, вспомнив о том, что у них есть не решённый до конца документ. Друзья развернули его и прочитали:
«Во втором месте живёт Ай Си Винер.
В третьем месте можно почувствовать себя новым дон Кихотом или заставить работать кузнецов. Но никаких гильз!»
- Ай Си Винер… - бормотал Прапорщик. – Ай… Си… Винер… Винер есть тренер по художественной гимнастике… Ай Си… «Я вижу» по-английски. Где живёт тот, кто видит Винер?
- Боже мой, до меня дошло! – воскликнул Гандилеренко. – Это же в «Футураме» было! Ай Си Винер! Именно ему должен был Фрай отнести пиццу!
- Ну и где же он живёт? – Прапорщик недоверчиво взглянул на осенённого догадкой гандилера.
- Криогенная лаборатория! В Москве такая только одна! Давайте все туда!
- Стойте! – воскликнул Крюйс. – Вы понимаете, что он только этого и ждёт! Мы решили одну часть загадки, поедем в это место, и там ещё одного из нас порешат! А то и всех! Я предлагаю на этом этапе разделиться и поехать сразу в два места!
- Нет, - возразил Булкин, но очень неуверенно. – Мы должны держаться вместе, иначе нас по одиночке перебьют.
- Мы держались вместе. Это дало результат?
- Нет, но… - Булкин попытался возразить, но всё же сдался. – Да, ты прав. Давайте разгадаем вторую часть загадки. Где можно почувствовать себя новым дон Кихотом? В Испании… А заставить работать кузнецов? Хм… В кузнице! Испанская кузница… Хм…
- Чем славится дон Кихот? – подал голос Гандилеренко.
- Он спятивший мужик был, - блеснул книжными познаниями Прапорщик.
- Не то, ещё что?
- Он на мельницы нападал!
- Хм… - задумался Гандилеренко. – А это уже кое-что. Мельницы… Мельницы… А какая вторая часть?
- Про кузнецов.
- Кузнецы. Как они работают?
- Колотят молоточками. Колотят, колотят… - Булкин и Крюйс синхронно показали движения кузнецов. Вдруг торговец оружием хлопнул себя по лбу:
- Чёрт, это так просто! Кузнецы колотят, мельницы вращаются!!! Это же фигурки в тире! Они так двигаются, когда по ним попадёшь!
- Но тиров в Москве несколько сотен, - вздохнул Прапорщик. – Как нам найти нужный?
Тут уже Корнелий Крюйс проявил чудеса интеллекта:
- Здесь в конце написано «никаких гильз»! Значит, в тире должны стрелять не из ружья.
- А из чего же стрелять? – удивлённо посмотрел на него Гандилеренко.
- Из лука конечно! – оживился мичман. - Тир со стрелами! Такой в Москве только один! Я туда несколько раз ходил!.
- Ну что ж, оба места нам известны, - сказал Прапорщик. - Мы поедем туда. Завтра. Сейчас мы все устали. Надо отдохнуть. У нас был ужасный день. Но для начала нам нужно предать тело Никсона земле. Здесь уже вряд ли что наши ФСБ-шники сделают.
Друзья вынесли мёртвого приятеля во двор. Кое-как выкопав яму, они осторожно положили в неё Никсона. Гандилеренко настоял, чтобы похороны прошли по-христиански, и даже притащил откуда-то кусок арматуры, напоминающий крест. Речь взялся произнести Булкин.
- Мы предаём земле нашего друга Никсона… - тут он замялся и обратился к Михаилу. – А как его полное имя?
- Да не знаю я… Сколько лет дружили, никогда имя не называл, - пожал плечами Гандилеренко.
- Хорошо. Мы предаём земле нашего друга… Просто Никсона. Нет смысла рассыпаться в банальностях и говорить «ах, какой он был замечательный человек». Не нужно лицемерия. Я просто хочу заявить. Этот человек много лет хранил величайшую тайну христианства. Спасибо тебе за это, Никсон. И спи спокойно, дорогой товарищ.
В каморку продавца оружия друзья шли молча. На глазах Гандилеренко были слёзы.
- Остался один «спасатель»… - бормотал он. – Только один…

ГЛАВА 33, ЗАЧЕМ СЕБЯ ЗАМОРАЖИВАТЬ?
Едва проснувшись (впрочем, на улице уже был разгар дня), друзья затеяли спор, кто куда должен в итоге отправиться. Вернее, с кем ехать Булкину. Гандилеренко говорил, что готов поехать в криогенную лабораторию один и сможет в случае чего о себе позаботиться. Крюйс же настаивал, что он сам должен поехать один в тир, а Булкин пусть сопровождает Гандилеренко.
- Да пойми ты, я на войне был, а один раз в одиночку пятьдесят китайцев голыми руками завалил!
- Зато у меня друзей прямо перед носом не убивали!
- А Никсона не прямо перед носом?
- Всё равно, вы потеряли людей больше!
- Потому что ты включился в расследование недавно!
- А включился бы давно, все бы живы остались!
- Хорошо, - сказал наконец Крюйс. – давай бросим жребий. Орёл – я победил, решка – ты проиграл.
- Договорились! – сгоряча согласился Гандилеренко.
Выпал орёл. «Я победил», - заявил Корнелий и спокойно убрал монету в карман. Приём был простой, но на малознакомых людей действовал безотказно.
Стоит отметить, что Прапорщик Булкин в течение всего разговора не мешал спорщикам делить самого себя. Он сидел в углу и читал «Спорт-Экспресс», ожидая, чем закончится спор. Когда дело дошло до жребия, он усмехнулся про себя: «Вы ещё на аукцион меня выставьте!»
Наконец спор был улажен, и вскоре Гандилеренко с детективом мчались по оживлённым улицам Москвы к единственной в России криогенной лаборатории.
Работницей научного центра, ответственной за зал заморозки, оказалась приветливая девушка с бэйджиком «А.В. Киркович», почему-то представившаяся Ольгой.
- Вы знаете, экскурсии в криогенную лабораторию у нас не сегодня. Или вы заморозить себя хотите?
- Эээ… да! – быстро сориентировался Прапорщик. Ольга Киркович прямо расцвела.
- Но это же замечательно! Причем, знаете, что это удовольствие недешёвое? Впрочем, у нас гибкая система скидок пенсионерам и студентам… Кроме того, вы можете оформить страховку. Давайте, я Вам покажу наш исследовательский центр, а Вы пока приведёте мысли в порядок.
Булкин слушал болтовню сотрудницы, а в голове его вертелась мысль: «Будь начеку. Здесь кто угодно может быть злодеем. Даже эта девушка… Но не может же она, в самом деле…» В это время Гандилеренко, видя, что за ним никто не следит, тихо проскользнул в дверь лаборатории. «Отличный экспромт, - думал Булкин. – Дай Бог, его не поймают».
- Да, я Вас слушаю, - обратился он к щебетавшей женщине-учёному. Они шли по длинным коридорам научного центра.
- Заморозка, - продолжала она, - не самый сложный с технической точки зрения процесс. Самое главное – это поддержание организма в стабильности. Анабиоз – штука суровая и сложная. Все замораживают себя по разным причинам. Один фанат футбольный услышал, что Фурсенко обещал выигрыш сборной России чемпионата мира в 2018 году. Прибежал к нам. Глаза горят, шерсть дыбом. «Заморозьте, - кричит, - меня до 2018-го!». Мы ему говорим, мол, мужчина идите домой. А он не успокаивается. «Фурсенко обещал, значит так и будет! Человек Кодекс чести написал, он не может врать!». Ну, что нам делать? Провели мы все возможные тесты, дали ему месяц одуматься. Не одумался. Приходит через месяц, приносит деньги. Лицо раскрашено, на голове шапка с рогами, в руках вувузела. «Замораживайте», - говорит. Делать нечего, заморозили. Кто платит деньги, тот и музыку заказывает, - рассмеялась Ольга. Булкин из вежливости рассмеялся в ответ, продолжая озираться по сторонам в поисках злоумышленника.
- Или вот случай был, - продолжала Ольга. Приходит к нам мужчина пожилой. Геннадием кажется звать. Жаловался, что у него аллергия на цветы. Говорит: «И всё-то я перепробовал! И в муравейник садился, и морковь в нос засовывал, и чеснок под язык клал… Ничего не помогает! Заморозьте меня, пока народная медицина не придумает, как аллергию эту вылечить». Я ему говорю: «Может, вам укол сделать?» А он посмотрел на меня как на сумасшедшую и пальцем у виска покрутил. Долго крутил. Замораживали его, он всё крутил – так в таком виде и застыл. Ещё глаза уморительно выпучил. Так смешно, в общем, получился, что мы для него отдельную комнату выделили. А то подходит работник к камерам, смотрит на этого мужика и давай смеяться. Какая ж тут работа?
Они как раз проходили мимо двери с надписью «Геннадий М. (чудик с пальцем у виска)».
- Или вот такой случай, - продолжала медсестра. Приходит к нам супружеская пара. Молодые совсем муж с женой. Обоим лет по двадцать, не больше. «Выделите нам, - говорят, - совместную ячейку. Мы в будущее хотим». Я и спрашиваю: «Зачем вам в будущее? У вас и настоящее-то только началось». Муж говорит: «Хотим на роботов посмотреть». «И на гигантских лобстеров», - жена добавляет. «И на чокнутых профессоров». «И на тупых баб с Марса». Потом супруга отводит меня в сторону и спрашивает: «А у вас нет такой вакцины, чтобы человека не возбуждали одноглазые девушки-мутанты? А то чует моё сердце, не на роботов он посмотреть хочет…» В общем, этим я отказала. Сидят щас небось где-нибудь, «Футураму» свою смотрят. Психи…
- Что-то Гандилеренко долго нет, - озабоченно пробормотал Булкин.
- Что, простите? – переспросила у него Ольга.
- Да говорю, согласен я на заморозку. Можно мне камеры-то посмотреть?
- Ну ладно, пойдёмте. В виде исключения. Как клиенту. Хотя вы знаете, вам с вашим ростом сложно будет найти ячейку. У нас они все примерно 195 сантиметров. Если только вы скрючитесь немного… Давайте сейчас сначала анкетку заполним. Плюс вам надо будет подписать бумагу, что в случае провала эксперимента или перебоя электричества, вы не будете иметь претензий к нашему НИИ. Ах, совсем забыла спросить, - спохватилась вдруг девушка. – Вы собственно, с какой целью заморозиться-то хотите?
- Ну… эмммм… я… - Булкин замялся. – Я… чтобы…
Закончить ему не дал сигнал тревоги.
- Боже, это из криогенной лаборатории! – воскликнула Ольга. – Там опять небось утечка! Надо срочно бежать!
Она помчалась обратно в направлении той двери, в которую минутами ранее проследовал Гандилеренко. Булкин не долго думая, побежал за ней.
В дверях, откуда раздавалась тревога толпились сотрудники. Кое-как протиснувшись между ними, Булкин ворвался в комнату. «Сюда нельзя!» - отталкивал любопытных охранник. Но детективу было всё равно. Он с ужасом смотрел на картину, развернувшуюся перед ним.
Вдоль стен длинными рядами стояли ячейки с замороженными людьми. Под потолком свисало несколько больших баков с непонятной субстанцией. Но не это так поражало воображение. Центр комнаты был в тумане. Туман исходил из трубки, тянущейся к бакам на потолке. Посреди тумана было подвешено тело в чёрном, заиндевевшем пиджаке.

ГЛАВА 34, А.В. КИРКОВИЧ
Булкин еле узнал торговца оружием. Кто-то на ухо говорил: «Жидкий азонит. Без должной обработки он просто превратил мужика в ледышку. А чё это за мужик, кстати?»
Детектив посмотрел на окно лаборатории и увидел, что оно разбито. Причём разбито снаружи – большинство стёкол лежало на полу комнаты
- Видимо, преступник использовал лестницу, - рассуждал детектив вслух. - Выяснил, что в лабораторию часто не заходят. Забрался сам. Прикончил Гандилеренко. Повесил его? А зачем? Наверное, чтоб не нарушать традицию, - вспомнил Прапорщик свои предыдущие дела. – Ах, да, надо ж убрать его отсюда! И побыстрей! - он оттолкнул охранника и попытался снять висевшее на верёвке тело.
- Стой! – крикнул кто-то сзади, но было поздно. Ледяное тело хрустнуло как сломанная ветка, и в руках детектива оказалась отломанная нижняя часть. В этот момент детектив вспомнил одно умение. С годами оно за ненадобностью у него атрофировалось, но сейчас снова дало о себе знать. Булкин тихо упал в обморок…
***
Поначалу в обмороке было тихо и хорошо. Но потом у Булкина начались странные видения. Сперва ему жутко захотелось пить. Он ходил по тихой деревне, в которой почему-то жили змеи. Они вытягивались в полный рост и начинали синхронно двигать собой. Затем заиграла какая-то танцевальная музыка, и змеи исчезли. А какой-то мужичок ходил за детективом и повторял: «Меня били-колотили во дороге, во кустах. Проломили мою голову в шестнадцати местах». Затем появилась Ольга А.В. Киркович и начала кричать Булкину: «Проснись! Проснись!» Он уже хотел ответить: «Да не сплю я!», как вдруг очнулся.
***
Он лежал на кушетке в какой-то небольшой комнате. Рядом сидела Ольга и растирала ему виски чем-то спиртосодержащим.
- Что случилось?! – воскликнул ещё не пришедший в себя Прапорщик.
- Ты упал в обморок. Мы перетащили тебя в мою комнату. Она прямо в исследовательском центре. Твоего друга кто-то убил, заживо заморозив. Сейчас там всё осматривает милиция. Допрашивают всех подряд. Тебе дали время очнуться, сейчас будут допрашивать и тебя. Ты в состоянии?
- Нет, - соврал Прапорщик. Ему очень не хотелось сейчас вести беседу с правоохранительными органами.
- Хорошо, скажу, что ты ещё не очнулся. Но услуга за услугу. Что вас привело в наш центр? Теперь я вижу, что это не желание попасть в будущее.
- Дело в том… - начал Булкин. Он не был уверен, что этой женщине стоит всё рассказывать. Но и врать человеку, так помогающем ему, он не мог. В итоге он выбрал золотую середину – рассказать по минимуму.
- Я расследую дело о краже важного музейного экспоната. Поиски привели меня в эту лабораторию.
- А кто тогда убил твоего приятеля?
- Понятия не имею, - Булкин был правдив. Он действительно не знал личность убийцы. Впрочем, он был почти уверен, что в этом замешано тайное общество. «Не выйти мне из этой схватки живым… Как в прошлый раз», - подумал детектив.
Ольга подошла к жёлтой аптечке, висевшей на стене, открыла её и стала искать какое-то лекарство. Взгляд Булкина тем временем упал на книжную полку. Названия книг были какими-то непонятными.
- Мушёвй «Еиоейвд Лйеовй»… Тлжстлд «Ийдзу в звп»… Суилпли «Кёикпвуз»… - читал вслух детектив. – Что за бред?
- А, это, - рассмеялась Киркович. Это всего лишь хорошо знакомые Вам «Евгений Онегин», «Война и мир», «Аквариум» Суворова.
- Хм… А что за шифр такой? – нахмуренно смотрел Прапорщик.
- Да простой шифр. Пишется два алфавита. Один обычный, другой – с переставленными буквами. Здесь просто первые семь букв второго алфавита – «КРИОГЕН». А дальше уже «А, Б, В…» и так далее, но выпуская семь букв слова «КРИОГЕН». Сейчас я поясню, - она взяла листочек и быстро написала:
АБВГДЕЁЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЪЫЬЭЮЯ
КРИОГЕНАБВДЁЖЗЙЛМПСТУФХЦЧШЩЪЫЬЭЮЯ
- Видите, - сказала она, закончив писать, - «А» заменяем на «К», «Б» - на «Р» и так далее. Начиная с буквы «С» алфавиты совпадают… Весёлая детская задачка.
Женщина продолжала говорить, но Булкин её не слушал. Он на мгновение увидел себя в своей квартире, разглядывающего записную книжку с проявленными невидимыми чернилами. Он полез в карман. Блокнот Юсупова-Воронцова, всё ещё лежал там.
- Спасибо за гостеприимство, - спешно сказал детектив. – Но мне пора бежать. Я кое-что уяснил. Кое-что важное для следствия.
С этими словами он оставил недоуменную сотрудницу НИИ стоять в центре комнаты и вышел через окно - сталкиваться с доблестными стражами правопорядка ему не хотелось.
Tags: Детектив
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments